Юлия Ткачева (silver_mew) wrote,
Юлия Ткачева
silver_mew

Его кот, её кот

Кирилл просыпается глубокой ночью. Открывает глаза и ничего не видит: комната утонула, растворилась в темноте, висящей под потолком густым, плотным облаком.
– В чёрном-пречерном доме, – бормочет Кирилл хриплым со сна голосом, пытаясь прогнать невесть откуда взявшееся беспокойство, – на чёрной-пречёрной кровати...
Который час? И что его разбудило? Тут же слышит шорох и следом дробный, раскатистый топот. Протягивает руку, нашаривает лампу, хлопает по кнопке.
– Уууууу, – недовольно сообщает кот всё, что он думает о людях, включающих свет как раз в разгар его ночной охоты.
– Зараза ты, – вздыхает Кирилл, – между прочим, кому-то завтра рано вставать.
Кот дёргает ухом – не моё дело, хозяин, – и, не обращая больше на Кирилла внимания, прыгает, пружиной распрямляясь в воздухе, растопыренными когтями вцепляется в ковёр в том месте, где тень от лампы легла особенно густо, и начинает раздирать на части воображаемую добычу.
– Хорошо, что у нас нет мышей, – задумчиво говорит Кирилл, глядя, как кот расправляется с тенью. – Моё доброе сердце, боюсь, этого не вынесло бы.
Он выключает свет, пытается заснуть. Некоторое время у него не получается, сердце часто колотится. Интересные дела, с чего бы это. Кошмар приснился, что ли? Потом на кровать с мягким шлепком приземляется тяжёлое, тёплое и пушистое, топчется, устраиваясь поудобнее, раскатисто урчит, и Кирилл почти мгновенно проваливается в сон.

Всегда любил кошек, но своей у него не было, всё как-то не складывалось. Сначала родители были против, потом бестолковое, суматошно-общежитное студенчество, какие уж там кошки.
Наконец, всерьёз задумался завести котёнка – но, пока собирался, кот появился сам. Ничего удивительного, на самом деле, для котов такое в порядке вещей.
Пришёл ниоткуда и сидел себе под дверью, на коврике, дожидаясь Кирилла. В квартиру вошёл, как к себе домой, осмотрелся, милостиво одобрил: так и быть, сойдёт, остаюсь. Кот был рыжий, желтоглазый. Тигр, не кот, уважительно говорила мама. Неординарная личность, соглашалась Алёна. С Алёной кот сходился долго, придирчиво наблюдал, оценивал, и когда, в конце концов, позволил её оставить, Кирилл был по-настоящему счастлив, поскольку всерьёз волновался за их отношения.

В восемь утра подаёт голос будильник: выспался, не выспался, пора вставать. Кирилл наливает себе кофе, кормит кота. Пытается проснуться – ну, хотя бы наполовину – перед тем, как выйти из дома.
Звонок в дверь раздаётся в восемь тридцать. Неужели Алёна вернулась из своей Праги на три дня раньше, думает он радостно, но тут же понимает: нет, Алёна бы непременно позвонила, с её-то характером! Идёт открывать, недоумевая.
На лестничной площадке стоит женщина. Молодая, в ярко-зелёном пальто нараспашку, Алёне бы такое понравилось. Лицо у женщины озабоченное, кто-то её с утра расстроил, наверное. На лбу вертикальная морщинка, брови нахмурены. Всё это Кирилл успевает как следует рассмотреть, потому что, когда он распахивает дверь и говорит: «Здравствуйте. Кто вы?», – женщина молчит. Смотрит выжидающе – как будто это не она, а он, Кирилл, позвонил в её дверь в восемь тридцать утра и должен дать какие-то объяснения по этому поводу.
– Здравствуйте, Кирилл Владимирович, – говорит она, в конце концов. – Я прошу прощения.
– За что? – удивляется он.
Тут же спохватывается:
– Мы знакомы?
– Не совсем. Я могу войти?
Кирилл открывает рот, чтобы ещё раз спросить, кто она, но тут между его ног проскальзывает кот и прыгает к ногам женщины в зелёном пальто.
– Осторожно! – быстро говорит Кирилл, – он не любит, когда его трогают посторонние…
Женщина не слышит: опустившись на колени, она гладит кота. А кот – хвост трубой, усы дрожат – мурлычет так громко и раскатисто, что, кажется, вибрирует всем телом. Он бодает женщину лобастой головой (Алёна говорит, их кот в профиль похож на льва, вспоминается внезапно не к месту), жмурит жёлтые глаза и от наслаждения даже высунул кончик языка.
– Обалдеть, – растерянно произносит Кирилл.
Женщина поднимает голову:
– Так я могу войти?
Кирилл колеблется не больше секунды: если кот считает эту особу достойной доверия, глупо сомневаться.
– Заходите, конечно. Кофе?
– Да, прошу вас.
Пока Кирилл готовит гостье кофе, а заодно и себе, вторую чашку, подумаешь, на работу всё равно опоздал, неважно – она снимает своё зелёное пальто и устраивается в кресле. Кот немедленно запрыгивает к ней на колени, продолжая мурлыкать. Под пальто у гостьи бежевое какое-то платье, которое немедленно покрывается рыжей кошачьей шерстью.
Кирилл думает: ну, дела. Не выдерживает:
– Ни разу такого не было, послушайте! Он никогда к чужим людям не идёт.
– Так я и не чужой человек, – говорит женщина с непонятным вздохом.
Тогда до Кирилла с опозданием доходит, и он с ужасом спрашивает:
– Вы что, его предыдущая хозяйка?
Женщина кивает, продолжая гладить совершенно счастливого на вид кота.
Не отдам, понимает Кирилл с холодным ужасом – а как не отдать, тут же осознаёт он. Кот её узнал, тут и доказательств не надо, какие уж тут доказательства.
– Послушайте, – беспомощно говорит он, – я… Откуда вы… Вы же не хотите, вы не можете вот так прийти и забрать…
– Не могу, – опять вздыхает женщина. – Собиралась, но не могу. Раз уж он сам хочет у вас остаться.
– Почему вы так решили? – невольно возражает Кирилл.
Он вовсе не желает с ней спорить, чувствует неимоверное облегчение – кот остаётся с ним! – но, по дурацкой привычке, не может не обратить внимание на очевидное. Он говорит:
– Я вовсе не уверен, что кот выберет меня. За то время, пока вы здесь, он на меня даже не посмотрел!
– Видите в чём дело, Кирилл Владимирович, – очень серьёзно и грустно говорит женщина, – дело в том, что, как я и сказала, он уже вас выбрал. Сегодня утром я действительно собиралась забрать его. И вас вместе с ним.
– В каком смысле? – переспрашивает Кирилл, совершенно не представляя, что она имеет в виду.
– В прямом. У вас вчера был трудный день, Кирилл Владимирович. Вы опоздали на автобус, пришлось ехать по окружной.
– Откуда вы… подождите. Какое это имеет значение?
– Потом, – не обращая внимания на его слова, говорит женщина, – вы едва не упали в яму на разрытой дороге. Потом чинили неисправную розетку. Наконец, проснулись ночью от того, что вам было трудно дышать.
– Подождите, – просит он снова.
– Автобус попал в аварию, – сообщает она ему, не прекращая гладить кота. – Потом прочтёте в новостях. К счастью, без жертв. Вот если бы вы не опоздали, другое дело.
– Я вам не верю, – говорит Кирилл после длинной паузы. – Прошу вас. Уходите. Бред какой-то.
Он смотрит на женщину перед собой: бежевое платье в кошачьей шерсти, русые волосы, светло-зелёные глаза. Наверное, она подбирала пальто под цвет глаз, думает он, господи, какая чушь лезет в голову.
Она улыбается. От этой улыбки у него что-то сжимается внутри, сердце опять стучит, как сумасшедшее.
– Не верю, – повторяет Кирилл.
– Вы бы предпочли, чтобы я пришла к вам в чёрном балахоне, с косой наперевес, скалясь голым черепом? – спрашивает она сочувственно. – Тогда вам было бы легче поверить?
– Тогда я просто решил бы, что сошёл с ума, – подумав, честно признаётся он. – По правде говоря, я и сейчас подозреваю, что так оно и есть.
– Вы совершенно нормальны. И совершенно здоровы. Второе, между прочим, стало для меня сюрпризом. Я-то рассчитывала встретиться сегодня с вами в больнице, и…
Она щёлкает пальцами, раздаётся неожиданно громкий и сухой звук, как будто щёлкнули кости. Кирилла передёргивает. Женщина наклоняется к коту.
– Не нагулялся, за восемь-то лет, – говорит она укоризненно, понизив голос. – Нехороший мальчик…
– Вы хотите сказать, – очень размеренно и спокойно уточняет Кирилл, – что, если бы не кот, я бы тут сейчас не сидел?
– Именно.
– Но это же просто кот, – беспомощно говорит он. – Как он мог?
Она поясняет:
– Во первых, это не просто кот. Это мой кот. Существенная разница. А, во-вторых… кое-что, вы, как я понимаю, видели. Это к вопросу «как».
Кирилл возражает:
– Не видел, – и тут же понимает, что всё-таки видел.
Кое-что, да. Тень на ковре, и впившиеся в неё кошачьи когти. Вот, значит, как.
Говорит, закрыв глаза:
– Хорошо. Я понял. Ваш кот сбежал от вас восемь лет назад? А я его случайно подобрал, так?
– Нет, вы не случайно его подобрали. Он хотел поселиться именно у вас.
– Почему? – спрашивает Кирилл.
Она улыбается, Кирилл даже с закрытыми глазами слышит в её голосе улыбку:
– Потому что когда-то, давно, до того, как стать моим, он был вашим котом.
– У меня никогда не было кошек, – возражает Кирилл.
– В этой жизни – действительно, не было. То, о чём я говорю, случилось раньше. Гораздо раньше.
С тех пор мы с вами успели встретиться. Несколько раз.
Кирилл открывает глаза. И рот заодно.
– Что значит несколько раз? – спрашивает он.
Женщина в кресле машет рукой:
– Я уже не помню точно. Семь? Восемь? Это так важно?
Кирил тихо спрашивает:
– Ему… коту. Сколько лет?
– Много.
– И он до сих пор жив?
Смерть откидывается в кресле и хохочет, заливисто, взахлёб. Как девчонка.
Да, действительно. Надо же было сморозить такую глупость.
– Он был вашим котом, – повторяет она. – Вы его когда-то подобрали на улице совсем маленьким котёнком. Спасли.
– От чего?
Она хмыкает:
– От меня, само собой. Вырастили, воспитали. А когда я в тот раз пришла и забрала вас, кот… ну, увязался следом. Такое редко, но бывает. Но с вашим котом совсем особый случай: я никак не могла его прогнать. Он у меня… знаете ли, как-то прижился.
– Прижился, – повторяет Кирилл. – У вас. Я понимаю.
Он открывает рот, чтобы спросить: а у вас – это где? У вас – это как вообще? Но его собеседница молча качает головой и машет рукой: не надо. Кирилл понимает: и в самом деле, не надо.
Она продолжает:
– Так и живёт у меня с тех пор. Но время от времени сбегает вам. В тех случаях, когда у вас есть возможность и желание держать кота. Я первые несколько раз волновалась: мало ли, вы же ничего не помните, вдруг не возьмёте уличного бродяжку, прогоните, а он потом будет переживать и расстраиваться. Но вы всегда его подбираете. Каждый раз.
– Всегда, – произносит Кирилл, глядя на кота. – Каждый раз.
– Я полагала, что восьми лет с вами ему в этот раз будет достаточно, но у него, как видите, другое мнение. Придётся вам провести в этом мире ещё некоторое время. Уверена, вы не расстроитесь.

Кирилл молчит. Укладывает сумасшедшую информацию в голове. Как ни странно, это оказывается не так уж сложно.
Потом он спрашивает:
– Сколько? Сколько у меня времени?
Смерть внезапно раздражается:
– Я вам что, базарная торговка? Живите уж, пока живётся.
– Спасибо, – говорит Кирилл. Ему отчего-то трудно говорить.
– Не за что, – она успокаивается так же быстро, как рассердилась. – В конце концов, рано или поздно, он вернётся ко мне. Я подожду.
– Спасибо, – повторяет Кирилл, не в силах придумать ничего лучше.
Смерть встаёт, опускает кота на пол (тот продолжает мурлыкать, но с готовностью спрыгивает с её рук), кивает коту, машет Кириллу – и уходит.
Кирилл идёт открыть ей дверь, но в прихожей уже никого нет. Спохватывается: она ведь забыла своё зелёное пальто! Возвращается в комнату, и, конечно же, никакого пальто на стуле тоже нет, только кот, свернувшийся клубком, рыжий, похожий на маленького тигра, с жёлтыми глазами.
Tags: Зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →